Ru En Ua

30.01.2017

Правозащитники готовят список причастных к политическому преследованию крымчан

Руководитель Крымской правозащитной группы Ольга Скрипник  в эфире Первого Национального канала Украины комментирует задержание адвокатов в Крыму и результаты участия правозащитных организаций Украины в мероприятиях зимней сессии Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) в январе 2017 года.

—  Ольга, что будет, если Курбединова и Полозова исключат из процессов защиты политзаключенных в Крыму? Ваш взгляд на ситуацию в Крыму.

Ольга Скрипник:  В Крыму есть и другие независимые адвокаты, например, коллега Эмиля Курбединова Эдем Семедляев, и адвокаты, которые привлекаются из Российской Федерации к защите наших граждан, но проблема в другом. Даже если будут введены другие защитники, независимые, профессиональные, это не значит, что против них завтра не совершат еще одно преступление. Во время обысков и задержаний адвокатов, в действии так называемых силовиков мы видим грубые нарушения российского законодательства.  Например, если говорить об обысках, которые были и в квартире, и в офисе Курбединова, там грубые нарушения — силовики не имели права изымать технику. У силовиков  закрыты лица, потому что они знают, что действуют незаконно, поэтому  они скрывают свои лица и не называют своих фамилий. Вообще неизвестно, действительно ли это должностные лица?  Кто именно проводил этот обыск? Владельцы квартиры, в которой тоже был обыск, предъявляли законные требования, но они были проигнорированы. Есть видеозапись, где сотрудник «полиции» говорит: «А мне тоже страшно, я также за себя боюсь и за свою семью». Это констатирует то, что там происходит — всем страшно. Это такая атмосфера запугивания.

И проблема в том, что это системная практика давления на адвокатов началась не сегодня, и даже не с делом Ильми Умерова, это началось раньше, когда появились первые политзаключенные в Крыму, начиная с дела Олега Сенцова.

Мы документируем все известные на сегодня политические дела в Крыму.  Препятствия адвокатам  начались сразу, с 2014 года: недопуск, не выдавали документы или что-то другое. Препятствования работе адвокатов с каждым месяцем становились все более серьезными. Эмиля Курбединова закрыли за решеткой на 10 суток, его вообще лишили возможности находиться на свободе и быть адвокатом. Но еще один важен момент —  когда именно задержали Эмиля Курбединова. Он ехал к активисту Салиеву, чтобы оказать юридическую помощь. Его забрали и не дали возможность оказать эту помощь.

Есть еще один принципиальный момент. В других делах, например, в деле так называемых «крымских диверсантов» сначала сотрудники ФСБ пытались навязать всем фигурантам, украинским гражданам, «карманных» адвокатов, то есть тех адвокатов, которые на самом деле не защищают, а просто представляют интересы ФСБ или следствия. Почему им надо  исключить из процесса независимых адвокатов?  Чтобы потом формально, для «галочки» работали  адвокаты, которые сотрудничают с ФСБ, и дело тогда будет гладкое. Никто не будет заявлять о нарушениях и защищать интересы наших граждан в суде, и мы вообще ничего не будем знать об этих делах.

Хочу отметить, если мы не имеем нормальных профессиональных адвокатов, которые присутствуют в суде, которые документируют нарушения, которые защищают человека, то потом очень трудно собрать доказательства, чтобы обратиться в международные органы, например, в Европейский суд по правам человека. Где мы возьмем доказательства, если там адвокат сотрудничает с ФСБ? Это также  понимает и Россия, и она пытается исключать независимых адвокатов из политических дел.

 — Ольга, вы недавно вернулись с зимней сессии Парламентской ассамблеи Совета Европы. Какое внимание сейчас уделяют международные организации к ситуации с нарушениями прав человека в Крыму?

Ольга Скрипник: У нас были опасения, что тема Крыма может быть не столь актуальна из-за событий в Турции, Сирии, из-за  так называемого «миграционного кризиса». Но несмотря на то, что наше мероприятие состоялось в понедельник, то есть в самом начале зимней сессии, было много людей, которые  занимаются этим вопросом профессионально, и вообще знают о проблеме Крыма. Было много вопросов и предложений. Один из участников нашего мероприятия адвокат Николай Полозов  рассказал о том, что в Крыму есть  серьезный риск — это преследование адвокатов, а через день его задержали в Симферополе.  Мы говорили о последних делах политзаключенных и доказывали, что это все планомерная политика по уничтожению любых признаков Украины в Крыму, в первую очередь через людей. Также эти люди становятся предметом торга Российской Федерации за политические бонусы или снятия санкций.

Но, главное, есть принципиальная позиция, она базируется на резолюциях ПАСЕ еще 2014 года, что действия России незаконны, и Россия должна вывести свои войска с территории Крыма и территории Донбасса. Эта позиция сохраняется.

Также были и предложения, с которыми мы согласны и сотрудничаем по этим вопросам  с другими правозащитными организациями. Например, делегат, представитель Литвы сообщил,  что они, как страна, ждут от МИД Украины списки людей, которых можно поставить под санкции именно из-за грубых нарушений прав человека в Крыму.

— Это «Список Сенцова»?

Ольга Скрипник: Да, мы дали пока ему такое название — «список Сенцова-Чийгоза», поскольку это как раз показывает преследования украинцев и крымских татар. Мы ведем этот список именно из-за политического преследования в Крыму.  Это как граждане Украины, так и граждане РФ, причастные к пыткам, к незаконному лишению свободы, политическому уголовному преследованию по меньшей мере 40 человек — жертв политического преследования. Это сотрудники ФСБ, некоторые из них — бывшие сотрудники СБУ. Есть отдельный перечень, который касается граждан Украины, и необходимо, чтобы  именно Украина открыла по каждому из них соответствующие уголовные производства  за нарушение украинского законодательства. А если это иностранные граждане, в первую очередь Российской Федерации, то Украина должна  требовать в отношении их  санкций.

Но, к сожалению, МИД пока нас не слышит. Мы ждем начало февраля и надеемся, что такая встреча состоится, где мы передадим эти списки. Также есть отдельный список у наших коллег, которые занимаются свободой слова, это список «душителей свободы», тех, кто преследует журналистов в Крыму. Там несколько десятков человек.